«Это довольно хорошая сумма,» сказала Дон с интересом в глазах. «Как вы узнали о нем и почему покупатель не связался со мной напрямую?» Эти вопросы крутились у нее в голове в данный момент.
«Он связался со мной через какого-то государственного чиновника, которого я знаю, и я даже удивился, когда получил звонок. если бы вы даже захотели», — сказал Ганс Мюллер. «Покупатели не придут прямо к владельцам и не скажут, что мы хотим купить вашу компанию».
Лифт звякнул, и они вышли на ее этаж. Дон кивнул. Мужчина был прав. «Ну, я хотел бы подумать об этом, прежде чем ввязываться в нечто подобное. Это серьезное дело. Больше, чем продавать компанию, я хотел бы узнать, кто покупатель».
«Это достаточно справедливо, мадам. Вот почему вы должны поговорить с ним как можно скорее, так как завтра он уезжает из страны. Я уверен, что у таких покупателей должно быть больше предложений. Поэтому, чтобы помочь вам, я могу сесть с вами и с финансовой командой, чтобы оценить стоимость компании, чего вы можете ожидать и что все вы должны спросить у потенциального покупателя».
Хотя Доун чувствовала, что ее подталкивают, она согласилась с Гансом. «Хорошо, возвращайтесь через час с командой. Давайте сделаем это!»
«Конечно, мэм», — сказал он с ухмылкой и, подпрыгнув, ушел.
Доун улыбнулась, увидев его таким взволнованным. Этот парень оказался очень ценным для компании. На своих уроках MBA она прочитала, что в деловом мире никто не занимается благотворительностью. У всех у них был какой-то мотив делать добро или зло. Она была уверена, что Гансом двигал мотив, и, скорее всего, он ждал денег от сделки. Что ж, она должна была узнать. С этой мыслью Дон вошла в свой кабинет. Сначала она думала, что позвонит Дэрину и отменит свидание за ужином, но потом стала ждать, потому что имело смысл провести встречу с ее персоналом. Дарин был чрезвычайно ревнивым альфой, и она не хотела быть на его стороне. Слово «ревнивый» заставило ее хихикнуть. Она покачала головой и села на офисный стул. Когда она включила свой компьютер, внезапно все стало ярким, поскольку Пия исчезла из ее жизни. Она ни капельки не чувствовала себя виноватой в том, что изгнала ее из племени. Все было мирно. В каком-то смысле она исключила ее из своей жизни.
У нее зазвонил телефон, и, не видя номера, она взяла его. «Привет.»
— Миссис Сильвер? — раздался женский голос с другого конца.
—
После ссоры с Энн и с главой финансового отдела Лили Вятт почувствовала тупую боль в груди. Боясь повторного сердечного приступа, она достала из ящика офиса тонометр, обернула полоску вокруг руки и нажала кнопку, чтобы проверить. Это было на более высокой стороне, но ее врач дал диапазон, и он соответствовал этому диапазону. Она фыркнула и сняла полоску. Она еще раз взглянула на экран и на этот раз углубилась еще дальше, чтобы увидеть, какие средства Хелена и Энн отвлекли от бизнеса.
Ее поиски привели ее в офис Анны. Она попросила секретаршу включить ее компьютер. Как только экран заработал, Лили просмотрела все папки пятилетней давности и, к своему ужасу, обнаружила свои секретные учетные записи, файлы, в которых упоминалось, сколько денег она перевела на них от Уайаттса. В течение следующего часа она увидела документы, файлы в формате PDF и листы XL за последние два года, и она не могла поверить, что Энн так сильно ее обманывала. Она откинулась назад с отвращением и отчаянием. Она так доверяла Анне, вместо того, чтобы работать на нее, почему она решила попасть в ловушку Хелены. Она думала нести один.
Просматривая файлы, она нашла папку с названием «Не открывать». Очевидно, любопытство убило Лили. Она щелкнула, чтобы открыть его, но он был защищен паролем. Она попробовала несколько паролей, но ни один не сработал. Что могло быть настолько важным, что было защищено паролем? В конце концов Лили в отчаянии набрала свое имя, и файл открылся. Потрясенная, она увидела, что внутри есть еще папки, каждая из которых содержит видеозаписи. Одного из них звали Люк Вятт. Лили нажала на видеофайл.
«Боже мой, Хелена, это дьявольский план. Если кто-нибудь узнает, тебя посадят в тюрьму на всю жизнь», — сказала Энн. Она сидела на диване в синем белье.
Хелена шла за ней. Она наклонилась, спрятала грудь под бельем и поцеловала в лоб. «Я делаю все это для вас, малышки», — сказала она. — Ты знаешь, что я люблю тебя больше, чем Люка.
Энн сильнее прижала свою грудь к руке. «Черт возьми, женщина, я знаю».
Хелена оставила ее и подошла к бару, где была установлена камера. Она налила ей стакан виски, а затем сказала: «Если Люка не будет в нашей жизни, будет очень легко справиться с его детьми. Я уже придумала, как их устранить».
«Но убить моего брата нелегко, Хелена. Он очень влиятельный человек. Они бы расследовали его убийство как черт».
Елена подошла к ней и села к ней на колени. «Никакого котенка», — сказала она и поцеловала ее в губы. «Как только он будет убит, я позабочусь о том, чтобы его дети были мертвы, и после этого вы должны заставить свою мать не продолжать расследование. Таким образом, никто не заподозрит нас».
Энн закусила губу от волнения, а затем рассмеялась. «Ты злая ведьма!» она сказала. «Не могу дождаться, когда увижу их всех. Дело Уайатта будет твоим и моим навсегда! Эта сука Клэр и ее отродья — Боже, я так их ненавижу. Мать ненавидит их, как ад! .Ведь она такая же жадная, как и я»
Они начали смеяться и страстно целоваться.
Энн вытащила. «Итак, когда вы выполните план и кто вам поможет?»
Хелена оставила стакан на столе и сказала: «Скоро. И на этот раз Джейсон поможет мне».
Волнение Энн было ощутимым. В убийстве брата не было раскаяния. Наоборот, она была в восторге.
Хелена засунула руки себе в бедра и спросила: «Что ты планируешь с Дэвидом?»
«Он нужен нам, детки», — сказала Энн. «Моя дочь очень любит своего отца. Если он уйдет, Сесилия поедет с ним. В конце концов я расскажу ему о нас, но не сейчас».
«Хм…»
«Но скажи мне, любовь моя, почему ты предпочитаешь меня Люку?»
«Потому что ты умнее, а он отказывается жениться на мне. Если я не могу быть его женой, я не хочу называться его любовницей».
«Честный выбор», — сказала Энн, и видео пошло.
Лили Уайатт смотрела на пустой экран. Она не осознавала, что ее глаза были залиты слезами, пока рыдание не вырвалось из ее горла. Она зажала рот руками. Лили не знала как, но она упала на пол. Вскоре ее доставили в больницу, и врачи констатировали инсульт головного мозга.
Медсестра позвонила единственной родственнице, которая, по ее мнению, могла помочь, — Дон Сильвер.