— Учитель! Не умирай, Учитель!
Первым отреагировал Ямада. Он бросился к тому месту, где Учитель сползала со стула, и проверил ее состояние. Глаза Учителя были широко открыты и из них текли слезы, дыхание у нее было прерывистым, мышцы ее тела непроизвольно сокращались. Она часто дышала, но возможно из-за гипервентиляции это ей не помогало. Учитель упала на пол, а Ямада приподняв верхнюю часть ее тела, начал применять на ней Магию Излечения. Вот только, в этом мире, Магия Излечения только и может, что лечить раны, болезни лечить она не может. Я, конечно, не уверена, можно ли назвать гипервентиляцию легких болезнью, но я точно знаю, что Магия Исцеления на нее не подействует.
— В сторону.
Поскольку Ямада не мог сделать ничего, кроме того, что бессмысленно применять Магию Излечения. Я оттолкнула его в сторону и посмотрела Учителю в глаза. Затем активировала свои Злые Глаза. И заставила их делать абсолютно противоположное тому, что они делали ранее. Обычно мои Злые Глаза вызывают страх у того, кто попадает под их область зрения. Но это означает, что достаточно просто изменить полярность, чтобы они начали делать противоположное. Раньше я такого не делала, но если можно вызвать страх, то можно сменив знак вызвать и безмятежность.
Когда мои глаза взглянули в глаза Учителя, ее тело резко выгнулось. А затем ее судороги прекратились. Правда, ее дыхание все еще было нерегулярным и ее все еще потряхивало.
— Учитель, успокойтесь и глубоко вдохните.
Я старалась не давить на Учителя, говорила с ней медленно и спокойно. Учитель послушала меня и начала дышать спокойней.
— Вот так, не торопитесь, медленно, а теперь выдох.
Разговаривая как с ребенком, сохраняя спокойный тон, я очень осторожно выбирала свои слова.
— Вдох, выдох, вдох, выдох.
Говоря ей, когда вдыхать, а когда выдыхать, мало по малу, дыхание Учителя начало приходить в норму. В этот момент, я крепко взяла Учителя за руку. Хотя ее дыхание и успокоилось, но из ее глаз все еще текли слезы. Возможно, именно из-за такого интенсивного плача, у нее продолжались икото-образные спазмы. Ее лицо все покрыто слезами и соплями. Я вытерла их рукавом своей одежды. Но это помогло ненадолго, ее лицо снова начало покрываться слезами.
Некоторое время Учитель продолжала рыдать. Будучи эльфом, Учитель взрослеет гораздо медленнее остальных, поэтому она выглядит гораздо более юной, чем другие. Если судить по ее внешнему виду, то для такой малышки как она, плакать навзрыд это нормально. Хотя, думаю, что видеть ее в таком состоянии для остальных реинкарнировавших было шоком. Ведь среди всех реинкарнировавших, она была единственной взрослой. В отличие от ее внешнего вида, она прожила гораздо дольше, чем остальные реинкарнировавшие, даже если взять обе их жизни разом. От столь взрослого человека, они, конечно же, не ожидали такой бурной реакции. Даже я такого предположить не могла.
— Все хорошо. Все уже хорошо.
Моя рука медленно двигалась по маленькой спине Учителя, осторожно поглаживая ее.
— Ты не ошибалась.
Я осторожно пыталась ее убедить в этом.
— Рисковать своей жизнью ради своих учеников, разве может это быть ошибкой.
Я увидела, как услышав мои слова, Кудоу неловко опустила голову. Может я сейчас и смотрю на Учителя, но я привычно использовала рентгеновское зрение, чтобы быть в курсе того, что происходит вокруг меня, поэтому знаю о том, что происходит вокруг меня, даже когда не смотрю на что-то. Могу с уверенностью сказать, что, судя по поведению Кудоу, до этого момента она в чем-то подозревала Учителя. Но, думаю, Кудоу совершенно не представляла в каких отчаянных положениях, побывала, Учитель и как она упорно пыталась спасти своих учеников. И потом, видно же насколько близко к сердцу Учитель приняла информацию о том, что она собирала учеников в одном месте, только для того, чтобы их использовал Потимас, настолько близко, что свалилась с приступом. Если честно, никогда бы не подумала, что такое может произойти. Я всегда думала, что кто-кто, а уж Учитель сможет принять жестокую правду.
— Это правда, что Потимас оказался той еще тварью. Но Учитель, Вы же старались действовать на благо всех, так? Поэтому никаких ошибок Вы не совершили. И потом, именно благодаря Вам, все они сумели выжить и собраться вместе, верно же?
Я мягко говорила с Учителем, которая продолжала всхлипывать. Я говорю правду, да, Потимас использовал Учителя, но факт того, что многие ученики без ее вмешательства не выжили бы, остается фактом. В отличие от Земли, этот мир жестокое место. Я уже и не помню, сколько раз я оказывалась на грани жизни и смерти, да и у Вампирчика с Вратхом, я думаю, такие моменты были не один раз. Просто в отличие от других, нам повезло выжить. Все мы, могли умереть в любой момент, если бы удача нам хоть чуть-чуть изменила. Остальные реинкарнировавшие так же могли бы умереть в любой момент, если, конечно они не родились в какой-нибудь дворянской семье, как было у Ямады. Если бы их не укрыла Учитель, то, скорее всего, до данного момента дожило бы не больше половины учеников. И, кроме того, все же закончилась хорошо, мы смогли спасти всех разом и со спокойной душой уничтожить Потимаса. В конце, все сложилось как нельзя лучше, поэтому Учителю не надо себя корить за все это.
— Здесь…Не…Все!
Учитель прокричала это продолжая рыдать
— Я… Не смогла…Спасти…Их! Я…Не смогла…Спасти…Их…Всех!
Она выкрикивает это все на выдохе, наверное, это скорее надо назвать «Завываниями». Она рыдает, поэтому ее голос не очень громкий. Но при этом, как ни странно, его слышно всем в комнате.
Да, действительно, есть те, кто не дожили до этого момента. Сакуразаки Иссей. Когуре Наофуми. Хаяши Коута. И еще Натсуме Кенго. Если не считать Хасебе, которая сейчас спит, то это те, кто сейчас здесь отсутствует. С этими реинкарнировавшими мы больше никогда уже не встретимся.
Похоже, Учитель считает себя ответственной за их смерти. И возразить мне на это просто нечего. Но, думаю, что возлагать всю вину на себя, так же неверно. Они жили своей жизнью. Поэтому и их смерть на их совести. Не думаю, что стоит за нее винить Учителя. Возможно, Учитель думает, что могла бы спасти их, но надо же понимать, что есть вещи, которые для людей просто невозможны. Надеяться на то, что можно спасти всех до одного, это слишком. Если ты не всемогущее и всезнающее существо, то у тебя никогда не получится спасти всех. Даже я на такое не способна.
Учитель продолжает всхлипывать как ребенок. «Почему», «Я не смогла спасти их», «За что» — как в бреду продолжала повторять Учитель. Я не знаю, сколько времени прошло, но наконец, Учитель перестала рыдать. Правда, ее глаза выглядят пустыми. В них нет жизни.
— Вакаба.
Кушитани заговорила со мной, после того, как в молчание наблюдала за всем происходящим.
— Похоже, Учитель устала, пусть она немного поспит. Думаю, не стоит тебя утруждать этим далее. Я пригляжу за ней, пока Вы будете продолжать беседу.
Такое предложения я одновременно и желала услышать и не хотела слышать. В данный момент, оставлять Учителя одну нельзя. Лучше было бы, если бы за ней приглядывала я, но и оставлять всех остальных ради одной Учителя, было бы неправильно. Кудоу и остальные наверняка имеют что-то против Учителя, поэтому я не могу оставить ее на них. С другой стороны, Кушитани недавно попала в деревню эльфов, она сможет присматривать за Учителем, не поддаваясь эмоциям. Кроме того, она одна из немногих реинкарнировавших, кто способен сражаться, поэтому, найти кандидатуру лучше нее, наверное, будет сложно. Вампирчик даже не рассматривается, ну а Вратх все-таки мужчина, нельзя его оставлять заботиться об Учителе.
— Ты позаботишься о ней?
— Можете на меня положиться.
Кушитани взяла Учителя на руки. Бросив взгляд на Тагаву, она все так же, держа Учителя на руках, поднялась по лестнице. На Кушитани можно положиться, думаю, все будет нормально. Если даже предположить наихудший вариант, что Учитель попытается наложить на себя руки, то Кушитани сумеет ее остановить.
После того, как Кушитани и Учитель вышли, в комнате повисла гнетущая тишина. Увидев состояние Учителя, они наверняка поняли, насколько же сильно Учитель хотела защитить всех реинкарнировавших. А все реинкарнировавшие, начиная с Кудоу, ставили ей их положение в вину. Увидев своими собственными глазами состояние Учителя, возможно, они наконец-то начнут чувствовать свою вину за такое поведение.