Я не ожидал, что последствия боя будут так ужасны. Работа закончена и я смертельно устал. Думаю, из-за моих высоких физических показателей, физической усталости я не ощущаю. Но вот ментально, я просто вымотан.
Все из-за того, что я занимался уточнением списка умерших и согласованием компенсаций для членов их семей. 8 армия, находящаяся под моим непосредственным командованием, понесла серьезные потери. Больше половины умерло, после того, как я заставил их безостановочно атаковать армию врага, практически, это была самоубийственная атака. Каждый раз, когда мой взгляд останавливается на списке потерь, мне кажется, что я слышу голоса умерших, которые проклинают меня.
Кроме того, есть еще и безутешные семьи, которые рыдают над трупами своих любимых. И я должен говорить им слова утешения, но мне сложно найти такие слова. Я сам не верю в то, что говорю. Я просто не имею право на то, чтобы говорить им все это. Это я, причина того, что они умерли, именно мои приказы привели их к смерти. И именно поэтому, я и не могу сострадать им.
Таким образом, чтобы избавится от этих мыслей, я и решил загрузить себя работой, по поводу устранения последствий боя. Форт на поле боя был разрушен моими собственными руками, и поэтому никакой стратегической важности уже не представляет. Нет смысла защищать груду щебня. Тем не менее, внутри этих развалин остались трупы воинов из обеих армий, на них может быть что-то ценное, что потребуется собрать. Если все это не заберем мы, то заберут мародеры. После того, как я разрушил форт, большинство вещей, из тех, что были внутри, конечно же стали бесполезными, но бывают и удачные находки, которые не пострадали под обломками, их надо собрать.
Хуже всего — это, конечно же, сбор трупов. Те, кто занимаются их сбором, это естественно члены 8-ой армии и недавно нанятые новички. Большинство трупов начали разлагаться. Часто после нахождения очередного трупа, они останавливаются и плачут от горя.
Это все результат моих действий. У меня просто нет слов. Но я не могу и сохранять молчание.
Я без всяких признаков жалости в голосе сказал работникам, «Хватит ныть, бегом, работать». А если на меня начинали смотреть с возмущением, я отвечал им яростным взглядом. Под этим взглядом они ломались и опускали глаза.
Члены 8-ой армии, это сборная солянка, члены которой не были мне особо близки. Да и они с самого начала не были мне особо преданны. А после того, как я гнал их на убой, где они потеряли много друзей и соратников, их чувства ко мне превратились в ненависть и страх. Ненависть из-за всех этих бессмысленных смертей. Но и не подчиниться мне они тоже не могут. Они четко понимают, что их ждет при неподчинении.
В данный момент, я командир армии зла, который правит подчиненными с помощью страха. Справедливости для них не существует. Именно такой путь выбрал я. И теперь, я не могу уйти с него.
Тяжело вздохнув, я поднялся со стула в своих личных апартаментах. Сегодня будет заседание командиров.
Я покинул свою комнату и направился в комнату для переговоров. По пути я неожиданно встретился с Меразофисом.
— Приветствую
— Здравствуй.
Мы обменялись короткими приветствиями. Меразофис заботился о Софии всю ее жизнь. Кроме того, с тех пор, как я стал командиром армии, он помогал мне по многим вопросом, будучи более опытным командиром. Он может и спокойный человек, который предпочитает больше молчать, чем говорить, но сейчас его явно что-то тяготит. Его бледная кожа, сегодня почти белая.
Без всяких задержек мы оба зашли в комнату заседаний. Внутрь, уже находился командир Дорадо, так же в плохом настроении. Хотя он, похоже, просто сильно устал физически, моральные проблемы его, похоже, не угнетают. В отличие от Меразофиса и меня, командир Дорадо обычный демон. Его физические показатели довольно низкие. Думаю, к физической усталости после всех боевых действий добавилась еще и усталость от разбирательств с последствиями войны.
— Хмм. Господин Меразофис и господин Вратх.
В его голосе тоже чувствуется усталость. Похоже, он очень устал.
— Спасибо за Ваш тяжелый труд.
Сказал я на автомате.
— Хммм. Похоже я выгляжу сильно уставшим?
— Да, Смертельно уставшим.
Нет смысла скрывать это, так что я ответил честно.
— Мне так стыдно. Я был разбит в момент, который должен был стать моментом моей славы, а после боя стало все только хуже. Мои планы и надежды разбиты вдребезги.
Командир Дорадо слабо улыбнулся. В это время Командир Когои вошел в комнату. Командир — гигант, возможно почувствовал тяжелую обстановку в комнате, сел на стул как-то слишком дергано. Командир Когои выглядит больным. Думаю, он тоже, более или менее устал, после всех этих действий.
Я тоже занял свое место и стал ждать начала заседания. Буквально через несколько секунд в комнату зашла госпожа Широ. Может мне и показалось, но кажется, она сразу же начала смотреть на командира Когои. Глаза у нее закрыты, так что я могу и ошибаться, так как сложно понять, куда она в действительности смотрит.
— Отличненько. Похоже все уже на месте.
Пока я смотрел на госпожу Широ, я не заметил, как Ариел зашла в комнату. Собрание не полное, некоторых командиров нет, так что, вероятнее всего их нет поблизости. Кроме того, господин Балто, стоящий рядом с Ариел выглядит ужасно. Он настолько бледный, что кажется может умереть прямо сейчас. С ним точно все в порядке?
— Благодарю Вас всех, за хорошо проделанную работу по устранению последствий военных действий. Мне, конечно, не хочется Вам это говорить именно сейчас, когда Вы все так устали, но у нас впереди еще много работы. Нам нужно ускорить реорганизацию нашей армии для подготовки к следующему сражению.
Никто не возразил, но я думаю, что сейчас у каждого в голове только одна мысль «Ну дай же нам хоть чуть-чуть отдохнуть!»