«Хотите живого гигантского кальмара?»
Глаза Морского Волка расширились, когда он уставился на Велина. Его бокал замер в воздухе, жидкость плескалась у края.
«Барон, вы хоть представляете, насколько они огромны? Поймать хотя бы одну? Даже южный флот королевства не посмеет и мечтать об этом!»
Барретт и Ола обменялись взглядами; казалось, у обоих была одна и та же мысль.
Рука Тристана, державшая перо, замерла. Капля чернил пролилась на пергамент.
Он отложил перо и перевел взгляд на Велина.
Велин поднял свой бокал и сделал небольшой глоток, его винно-красные глаза отражали свет свечи.
«Мне не нужно, чтобы ты „поймал“ его».
«Мне нужна твоя помощь, чтобы достать птенцов или оплодотворенные яйца».
"Ты… ты хочешь вырастить его сам?" Голос Морского Волка был немного хриплым.
«Поднять? Нет.»
Велин поправил его.
«Я намерен „разработать“ улучшенную версию».
В зале заседаний воцарилась тишина.
Пасть Морского Волка открывалась и закрывалась, словно рыба, вытащенная на берег.
Он посмотрел в искренние глаза Велина, и лишь спустя долгое время убедился, что дворянин не шутит.
В отличие от шока, который испытал Си Вулф, реакция Олы и Барретта была гораздо спокойнее.
Ола усмехнулась и пробормотала себе под нос: «Я знала, что всё будет не так просто».
Барретт посмотрел на Велина, и выражение его лица, казалось, говорило: «Вот он опять за своё».
С тех пор как они стали последователями своего господина, они стали свидетелями того, как слишком много диких фантазий воплотилось в реальность.
Что касается Тристана, его разум был в смятении. Его семья, как один из ведущих магических родов герцогства, естественно, занималась модификацией и созданием магии и магических существ.
Он лучше всех присутствующих понимал, что это означает.
Это было порождение наследия нескольких поколений семейных вундеркиндов и астрономического состояния!
Будучи подчиненным и руководителем, его первым побуждением было отговорить его.
Он чуть не выпалил: «Экологическая обстановка, запасы пищи и потребление энергии, необходимые для выращивания гигантского штормового кальмара… у нас просто отсутствуют…»
Однако слова застряли у него в горле.
Он увидел на лицах Барретта и Олы невозмутимое ожидание, увидел их доверие к Велину.
Затем он вспомнил, на чём сидит — на руднике, где находится Первородный Кровавый Кристалл.
И тут же Тристан тоже начал испытывать чувство предвкушения.
Морской Волк внезапно разразился смехом.
"АХАХАХА!"
Он сильно хлопнул себя по бедру и резко вскочил со стула.
«Ты сумасшедший! Самый безумный дворянин, которого я когда-либо встречал!»
Хотя его слова звучали как отрицание, в его глазах мелькнуло волнение.
«Но я обожаю вести дела с безумцами!»
Морской Волк расхаживал по комнате взад и вперед, его густая борода дрожала при каждом движении.
Он внезапно остановился, наклонился к Велину и изобразил хитрую, торговую улыбку.
«Кстати, барон. Если мне действительно удастся это провернуть, как вы думаете, мисс Кэролайн будет так рада, что подарит мне в знак благодарности свой флагманский корабль, «Песнь сирены»?»
Он многозначительно поднял брови, в его голосе слышалась насмешка.
«В конце концов, я бы оказал огромную услугу ее самому „важному“ партнеру, не так ли?»
Уголки губ Велина слегка приподнялись.
«Это будет зависеть от того, насколько пригодны для производства флагманского продукта те „образцы“, которые вы вернете».
Морской Волк получил желаемый ответ и пришел в восторг.
"Ха-ха-ха! Отлично! Уже за одни эти слова я возьмусь за эту работу!"
Во второй половине совещания тема перешла к немедленной обороне порта Минас-Тирит до того, как удастся заполучить гигантского штормового кальмара.
Велин вывел группу из зала заседаний совета прямо на строительную площадку порта, где работы были приостановлены.
Морской Волк стоял на недавно построенной дамбе, внимательно наблюдая за гидрографическими особенностями местности. Его взгляд скользил по далекому морю, рифовым скоплениям и меняющимся приливам.
По его словам, постепенно вырисовывался трехмерный план обороны.
Первой предложенной им мерой было устранение «слепых зон» в системах подводного обнаружения.
План состоял в том, чтобы затопить несколько огромных бронзовых колоколов с выгравированными магическими рунами между несколькими глубокими подводными хребтами на окраине порта.
Любое крупное существо, передвигающееся скрытно, потревожило бы глубокие подводные течения, заставляя бронзовые колокола издавать низкий гул.
Эта подводная гидролокационная система позволила бы устранить угрозу бесшумного проникновения противника.
Затем Си Вулф указал на место, где из-за ежедневных приливов и отливов постоянно образовывался водоворот.
Его второй план заключался в том, чтобы расставить гигантскую сеть на морском дне в этом районе.
Сеть будет сплетена из очищенной золотой нити и сухожилий волшебного зверя, снабжена многочисленными зачарованными шипами.
Как только врага заманивали туда, лебедка натягивалась, и сеть захватывала цель, обрекая ее на смерть в водовороте.
Третий план предусматривал использование морской экосистемы.
Периодически сбрасывая специальную приманку в рифовые зоны за пределами судоходного канала, они привлекали и собирали десятки тысяч крайне ядовитых существ, называемых «иглоспинным морским ежом».
Эти существа образовали бы живой барьер на рифах.
Хотя это и не смогло бы полностью остановить вторжение Многорукой Расы, любому живому существу, пытающемуся приблизиться к порту с флангов, сначала пришлось бы рисковать пройти через эти джунгли из шипов.
По крайней мере, это замедлило бы их движение.
Эта серия мер расширила двухмерную систему защиты порта до трехмерной системы, сочетающей подводное раннее предупреждение, ландшафтные ловушки и биологическую изоляцию.
Порт, некогда беззащитный, превратился в смертельную ловушку.
После подробных указаний по улучшению нескольких оборонительных сооружений тон Морского Волка изменился, в его глазах появился свирепый блеск.
«Однако, лорд-барон, — сказал он, глядя на Велина, — лучшая защита — это всегда нападение. Простое ожидание лишь постепенно подорвет боевой дух солдат. Нам нужно нанести удар первыми, показать им, на что мы способны».
Услышав это, в глазах Барретта вспыхнула отчаянная тоска. Именно это он и хотел сказать, но его остановил их господин.
Казалось, Морской Волк разгадал все опасения и продолжил объяснения.
«Я не говорю, что нужно бросаться в открытое море на верную смерть. Мы должны бороться умнее».
«Мы можем отправить небольшую группу для «патрулирования» нескольких участков вдоль береговой линии, намеренно выставив напоказ уязвимое место. Как только они клюнут на приманку, баллисты, спрятанные в башнях по обеим сторонам, могут начать перекрестный огонь. Сначала мы уничтожим несколько их разведывательных отрядов и дадим им понять, что здесь им не место для бесчинств!»
Эта активная стратегия контратаки разожгла в Барретте боевой дух.
Велин посмотрел на жаждущего битвы Барретта и медленно кивнул, подтверждая свою решимость придерживаться этой тактики.
Он прекрасно понимал, что в ожидании «образцов» ему нужен не только прочный щит, но и острый клинок, способный причинить врагу боль.
«Несколько дней спустя, на рассвете у ворот порта Минас-Тирит».
Двое мужчин попрощались у ворот этого быстрорастущего города; гора дел, накопившихся на его территории, не позволяла Велину уехать.
Прохладный и солоноватый морской бриз шелестел в краях их одежды.
«Барон, я должен тебя кое о чём предупредить». Морской Волк остановился, повернулся к Велину, на его лице появилось непривычно серьёзное выражение.
«Этот гигантский штормовой кальмар… как только он вылупится, он может проглотить за один глоток половину дневного улова из порта. Он невероятно быстро растёт, и его аппетит бездонен. Сможет ли ваша маленькая территория Серых Болот позволить себе его содержать?»
В свете слабого утреннего солнца Велин спокойно кивнул, признавая сложившуюся ситуацию.
«Не сейчас».
«Но скоро мы сможем это сделать».
Морской Волк пристально посмотрел на него, затем усмехнулся и больше не задавал вопросов.
«Ждите моих хороших новостей, лорд-барон!»
С этими словами он не стал задерживаться. Он повернулся и быстрым шагом направился в сторону города Шиянь, быстро растворившись в тусклом свете рассвета.
Велин на мгновение замер на месте, а затем повернулся обратно к особняку лорда.
В его голове уже формировались планы по повышению производительности всей территории до совершенно нового уровня.
