Хи Линчуань считал, что в этой операции скрывать нечего, поэтому и послал этого прямолинейного человека.
Конечно, это объяснялось и тем, что Цзяо Тай был лучшим в ориентировании в дикой местности. Если бы его отец решил напасть, рядом был бы надежный проводник, который указал бы путь.
Старейшина Лян из Павильона, пронзающего облака, тоже прибыл и сел, чтобы послушать.
Когда Цзяо Тай сообщил, что остатки отряда рейнджеров Сюньчжоу прячутся в заброшенной шахте, что у них есть порох и что они нашли задний вход в туннель, Хи Чуньхуа невольно воскликнул: «Отлично!» Он хлопнул по столу и вскочил на ноги. «А вы еще можете найти дорогу в шахту?»
"Конечно!"
Хи Чунхуа наконец смог принять решение. «Ты пойдешь впереди. Мы немедленно отправляемся в путь!»
Произнеся эти слова, он почувствовал глубокое облегчение, а затем повернулся к старейшине Ляну. «Мне придётся доверить Синьхуана вам, старейшина Лян».
«Конечно». Старейшина Лян сделал жест рукой, и ученик рядом с ним перевел: «Павильон, пронзающий облака, готов одолжить нам те небольшие силы, которые у нас есть».
Хи Чунхуа немедленно приказал собрать всю армию.
Через полчаса Хи Чунхуа лично возглавил отряд из двенадцатисот человек, вышедший из Синьхуана на запад и направившийся к заброшенной шахте в городе Байлу. У Шаои остался охранять военный лагерь Синьхуана с пятьюстами солдатами, ему помогал старейшина Лян из Павильона, пронзающего облака.
…
Заброшенная шахта.
Хонг Чэнлу ела, жадно поглощая кусочки желтой булочки из проса и запивая горячей водой.
Желтая булочка из проса была грубой, немного сухой и застревала в горле. Но Хун Чэнлу съел ее с большим удовольствием; это была лучшая булочка, которую он ел почти за два месяца.
Просо разбухло от горячей воды в желудке, создав ощущение сытости.
На столе также лежала половина блестящего, золотисто-коричневого жареного дикого цыпленка.
Хотя несколько перьев еще сохранились, а кожа слегка обуглилась, солдат, выполнявший обязанности импровизированного повара, сделал все, что мог.
Хонг Чэнлу даже не притронулся к жареной курице. Вместо этого он взял её и отнёс в палату к Байли Цин.
Генерал оставался без сознания.
Рядом с ним стоял офицер, которому не оставалось ничего другого, как встать, когда вошел Хонг Ченглу.
Хонг Чэнлу жестом остановил его. «Никаких формальностей. Как поживает генерал Байли?»
«Он хорошо восстанавливается. Скоро он должен прийти в себя».
Хонг Чэнлу поставил жареную курицу на стол. «Разогрей это для генерала Байли, когда он проснется».
"Верно."
Поскольку он уступал свою долю, офицер заподозрил, что тот пытается снискать расположение, и даже не произнес должным образом «Да, сэр».
В конце концов, этого офицера повысил в звании Байли Цин.
В этот момент снаружи послышались топот ног. В комнату ворвался солдат, задыхаясь: «Генерал Хонг…!»
Хун Чэнлу поднял руку, чтобы остановить его, а затем вышел из комнаты на открытое пространство. «Подошёл поговорить. Не будите генерала Байли».
Почувствовав неладное, остальные офицеры собрались вокруг.
«У подножия горы появился крупный контингент армии Сячжоу — девятьсот или тысяча человек! Похоже, они осматривают местность и направляются в этом направлении!»
По спине у всех пробежал холодок.
«Значит, армия Сячжоу всё-таки нас выследила?»
Так случилось, что второй разведчик, посланный в город Байлу, вернулся именно в этот момент. Он сообщил, что первый разведчик был найден мертвым в пустом доме Хун Чэнлу! Более того, по словам горожан, люди из префектуры Сячжоу действительно приходили, чтобы узнать о событиях прошлой ночи.
Опасения Хонг Чэнлу наконец подтвердились.
Двое офицеров тут же посмотрели на Хонг Чэнлу, в их сердцах зародилась печаль.
«Если бы только мы эвакуировались сегодня днем…»
Все ждали, когда Хун Чэнлу примет решение. С мрачным выражением лица он действовал решительно. «Сюй Инсянь! Тао Цзе! Вы со мной. Мы отвлечём армию Сячжоу!»
Затем он повернулся к двум другим офицерам. «Вы останетесь здесь. Защитите генерала Байли и наших раненых братьев. Если мы не сможем их сдержать, вы должны отступить в деревню Синьцяо».
Когда командир отдал приказ в условиях кризиса, оба мужчины немедленно приняли свой долг.
Сердца солдат наполнились восхищением.
К счастью, рейнджеры Сюньчжоу привыкли спать, положив руки на подлокотники, и всегда были готовы к бою в любой момент. Менее чем за десять минут они были облачены в доспехи, оседланы и подготовлены к отъезду.
Таким образом, Хун Чэнлу оставил еще пятьдесят человек охранять заброшенную шахту, а сам поспешно отправился в путь с примерно двумястами восемьюдесятью людьми.
Они пробежали более шестисот ярдов, не обнаружив никаких признаков противника.
Они прошли еще несколько сотен ярдов по горной тропе, но так и не нашли никаких следов противника.
Лишь когда отряд приблизился к подножию горы, к ним подбежал еще один разведчик.
«Доклад! Армия Сячжоу повернула на север!»
Что находится к северу? Никто не знал.
В таком случае, если армия Сячжоу больше не прибудет… Солдаты с надеждой посмотрели на Хун Чэнлу, но он подозвал Тао Цзе. Прошептав несколько слов, он выделил ему тридцать человек.
Затем небольшой отряд из тридцати человек отправился обратно тем же путем.
«Что теперь?»
Мощным взмахом руки Хун Чэнлу объявил: «Передайте мой приказ! Все войска, на восток! В город Синьхуан!»
Солдаты были в ужасе.
Что?
Хонг Чэнлу бросил на них леденящий взгляд. "Разве я не отдавал приказ?"
Кто-то по глупости спросил: «Нам следует отправить сообщение в шахту?»
Сюй Инсянь оттащил его назад. «Главный генерал отдал приказ! Мы просто выполним его. Не сейте смуту!»
Отряд рейнджеров численностью около трехсот человек немедленно двинулся на восток, не вернувшись к шахте и не отправив никаких вестей.
Увидев, что Хун Чэнлу возглавляет атаку в одиночку, У Цин пришпорил коня, чтобы тот ехал рядом с ним. «Это было сделано намеренно, генерал Хун?»
Хонг Чэнлу даже не поднял глаз. "Что это было?"
«Вы обошли стороной кратчайший путь в город Синьхуан», — сказал У Цин. Он вел дела в Юаньбэе, поэтому хорошо знал местные дороги. «Этот путь займет на час больше».
«Но это безопаснее».
У Цин был ошеломлен. Спустя мгновение он сказал: «Вы хотите сказать, что этот маршрут уже занят? Армией Сячжоу?»
Это была территория Сячжоу. Армия главного управляющего Хи могла передвигаться безнаказанно, в отличие от них, которым приходилось действовать скрытно.
Хонг Чэнлу взглянул на него. «Вы умный человек, босс Ву. Нянь Цзаньли должен нанять вас в качестве стратега».
«Нет, спасибо. Я от природы ленив и не люблю быть привязанным к чему-либо».
«Когда разведчик не вернулся, я предположил, что его захватили. Это означало, что нам нужно было подготовиться к тому, что наше местоположение может быть раскрыто. Самым безопасным вариантом было передислоцироваться, но два подчиненных генерала Байли с этим не согласились».
«Если бы я был Хи Чуньхуа и обнаружил, что жители Сюньчжоу прячутся в заброшенной шахте в городе Байлу, я бы непременно послал войска, чтобы их уничтожить», — медленно произнес Хун Чэнлу. «Этот человек одержим своей репутацией. Он приехал в Сячжоу, чтобы прославиться и получить повышение. Я сжег десять тысяч ши его зерна и корма. Он не может это объяснить на фронте, и уж точно не может объяснить это правительству. Должно быть, он чувствует себя совершенно опозоренным».
«Вы знаете ситуацию здесь, в Сячжоу. Уже много лет здесь правят четыре знатные семьи. Хи Чуньхуа удалось лишь с трудом закрепиться, одержав пару побед. Если на этот раз он вернется с пустыми руками, его престиж сократится как минимум вдвое. Будет ли ему так же легко после этого контролировать военные и политические дела?»
У Цин улыбнулся. «Действительно. Боюсь, четыре знатные семьи так сильно его подловят, что он сломает ногу».
«Кроме того, даже если он не придет за нами сейчас, нам, возможно, придется перехватить его команду по перевозке зерна позже. Пересеченная местность Каменного пляжа к северу от Синьхуана идеально подходит для засады. Поэтому ему нужно загладить свою вину победой. Если он узнает наше местоположение, он ни за что не упустит этот шанс». Хун Чэнлу сжал поводья, расслабился, но в его голосе звучала леденящая душу решимость. «Поэтому я дам ему то, что он хочет».
Улыбка У Цина исчезла. Генерал Хун использовал Байли Цина, двух своих офицеров и почти сотню стариков, слабых, больных и раненых в качестве приманки! Когда Хи Чуньхуа поведет свою армию, чтобы она проглотила эту приманку, его тыл окажется беззащитным, и генерал Хун воспользуется случаем, чтобы сжечь запасы зерна Синьхуана!
Тактика «убрать дрова из-под котла» была поистине жестокой. Армия Сячжоу ранила так много кавалеристов из Сюньчжоу, полагая, что они станут обузой для Хун Чэнлу. Они никак не ожидали, что именно эти люди станут приманкой, чтобы выманить их оттуда.
Но обращение генерала Хонга с Байли Цином и двумя его офицерами было поистине безжалостным.
У Цин, передавший военный приказ Нянь Цзаньли, хорошо понимал ситуацию. Байли Цин командовал отрядом рейнджеров Сюньчжоу, но затем внезапно появился Хун Чэнлу и захватил его власть. Байли Цин был возмущен и уже несколько дней конфликтовал с Хун Чэнлу.
Иными словами, Хи Чунхуа устранил бы за себя непокорных лидеров, а также стариков, слабых и раненых. После этого Хун Чэнлу было бы гораздо проще законно взять под полное командование отрядом рейнджеров Сюньчжоу — у армии может быть только один голос.
У Цин полагал, что Хун Чэнлу применит более примирительные методы, но, похоже, ему не хватило терпения.
…
Хи Линчуань крепко спал, когда кто-то внезапно хлопнул его по плечу.
«Старший молодой господин, проснись!»
Хи Линчуань покачал головой и потер глаза. «Что случилось?» — «Даже не мечтал о городе Панлун. Какая дура».
«Внизу что-то шевелится», — прошептала Пушистая Персик. «Похоже, они собираются». «Старший Молодой Господин действительно может спать, несмотря ни на что. Дайте ему рулон одежды вместо подушки, и он ляжет на голую землю и начнет храпеть. Его способность спать невероятна».
Он не знал, что Хи Линчуань служил патрульным охранником в Царстве Снов Панлун, где ночевки под открытым небом и противостояние стихии были просто частью работы. Он давно к этому привык.
«Мобилизация?» — Хи Линчуань мгновенно проснулся. — «Сколько человек?»
«Их лошади были в лесу, но теперь они привели большинство из них обратно, чтобы оседлать».
«Куда они направляются?» — взгляд Хи Линчуаня переместился. — «Хун Чэнлу собирается грабить припасы?»
«После победы над У Шаои у него должно быть достаточно зерна, даже на короткий срок, и даже с излишками, чтобы раздать жителям города Байлу. Так что, он что, хочет заниматься медициной?»
«Для этого ему не понадобилось бы столько людей».
'Пока не…?'
Шан Юцзюнь прошептал: «Неужели эти ребята собираются уйти?»
«Возможно», — подумала Хи Линчуань. — «В конце концов, разведчик, которого отправили в город Байлу, так и не вернулся. Возможно, этот парень Хонг просто слишком осторожен».
Трое решили последовать за ними.
Но дальнейшие действия жителей Сюньчжоу несколько озадачили Хи Линчуаня.
Основные силы оседлали лошадей и в большой спешке отправились в путь.
Но часовых вокруг шахты не убрали. Пушистая Персик снова отправилась на разведку и сообщила, что внизу всё ещё есть люди.
И немало людей осталось позади.
«Значит, они не собираются переносить свой лагерь?»
«Тогда куда же направляются эти двести с лишним кавалеристов из Сюньчжоу?»
Троица бесшумно отступила назад, подобрала лошадей и незаметно последовала за ними.
Основные силы Сюньчжоу спустились с горы, затем, казалось, совершили широкий обходной маневр, их намерения были неясны.
С наступлением сумерек и потемнением леса Пушистой Персике становилось все труднее отслеживать следы копыт и конского навоза, оставленные авангардом.
Хи Линчуань привычно сжимал в руке «Плавающую жизнь». Холод, проникающий через рукоять, помогал ему думать.
В этот момент его сердце замерло, словно вот-вот должен был разразиться великий кризис.
Уши Хи Линчуаня дернулись. В тишине пустыни ему показалось, что он слышит приглушенное дыхание — и не одного человека!
Он невольно тихонько крикнул: «Осторожно!»
Не успел он произнести эти слова, как откуда никуда вылетела стрела, со свистом устремившись в сторону Пушистой Персики.
