Глава 1063. На горе военных гениев

«Сегодня, возможно, последний день рыцарского ордена Зенита» — голос Акинфеева звучал холодно: «Скажите, вы чувствуете страх?»

 

«Ничего не боимся, умрем за империю.» — хором ответили десять рыцарей.

 

Среди них были те, кто участвовали в распрях принцев, и те, кто враждовали с военным гением империи, сыграв разные роли в истории короля Александра, были и те, кто пришел на места погибших, особенно выделялся рыцарь Пиазон, [Рыцарь серебряной луны], восемнадцатилетний талант, пришедший на замену [Солнечному рыцарю].

 

Но несмотря на все различия, в опасный для империи момент, перед лицом врага, они проявили бесстрашие, которым так славился северный медведь Зенита, не думая отступать.

 

Мужество перед смертью не имеет отношения к характеру.

 

«Хорошо. Тогда собираемся через три минуты, все личные вещи соберите, все приготовьте.» — Акинфеев поднялся с трона: «Сегодня мы будем стоять за империю до последней капли крови.»

 

«Есть!» — ответили рыцари и направились к своим башням собираться.

 

«[Рыцарь серебряной луны], останься» — вдруг сказал Акинфеев.

 

Пиазон вернулся и удивленно посмотрел на него.

 

Глава рыцарей посмотрел на юношу, и ему показалось, что он увидел себя пятьдесят лет назад, тогда и он был молод и бесстрашен, сражался вместе с Ясиным, всегда бежал в атаку первым, готов был сразиться с любым врагом, чтобы доказать свою смелость и силу, отстоять идеалы… Время шло, и все изменилось.

 

«Подойди.» — Акинфеев дал знак рыцарю, чтобы он приблизился, достал магический свиток из запасающего кольца и передал юноше, и серьезно сказал: «Ты сражаться не будешь. Переоденешься обычным горожанином и уйдешь с этим свитком в Шамбор и передашь его королю Шамбора.»

 

«Господин, но…» — на лице юноши появилась растерянность.

 

«Потом узнаешь. Запомните, юноша, от этого свитка зависит судьба империи, он важнее, чем твоя жизнь, любой ценой лично передай его в руки королю Александру.» — с полной серьезностью ответил Акинфеев.

 

«Господин, я…» — Пиазон был в замешательстве.

 

Гордый юноша бы скорее предпочел сразиться плечом к плечу с товарищами, чем променять меч на свиток и бежать.

 

«Это приказ. Ты молод и только недавно присоединился к десяти почетным рыцарям, поэтому Барселона наверняка тебя не знает, притворись гражданским, нищим, ребенком, кретином… Любым способом, но в нужный момент, даже если империя паст, лично передай свиток в руки королю Александру, если справишься, станешь героем своей страны!»

 

«Да, господин.» — [Рыцарь серебряной луны] коротко кивнул и бережно взял свиток.

 

«Есть и еще кое-что» — подумав, Акинфеев передал ему еще золотой и серебряный свиток: «Серебряный свиток может заблокировать и остановить воина полубожественного ранга, в золотом свитке находится магия атаки Ясина, примени его в критический момент, уходи скорее!»

 

«Господин, вы… берегите себя!»

 

Пиазон принял свитки, опустился на одно колено и отсалютовал, а затем покинул зал.

 

Акинфеев посмотрел ему вслед и вздохнул, на его лице появилась печальная улыбка.

 

Мальчишка, ты еще так молод и талантлив, незачем тебе погибать в этой мясорубке, лучше передай письмо третьему принцу.

 

С поддержкой третьего принца ты станешь одной из новых звезд империи, будешь определять будущее империи, а нам, старикам, пришел свой срок.

 

Вскоре девять остальных рыцарей вернулись.

 

Не увидев [Рыцаря серебряной луны], они удивленно переглянулись, но ничего не сказали.

 

«Выдвигаемся, настала наша последняя битва!»

 

Акинфеев, самый преданный друг и соратник Ясина, поднялся с трона, сбросил кроваво-красную мантию и направился с товарищами в свой последний бой.

 

……

 

Гора военных гениев.

 

В момент, когда щит [Защита родной земли] пал, сидевший на утесе, совершенствуя свою силу, золотой рыцарь Крис Саттон охнул и открыл глаза.

 

«Неужели этот день настал?»

 

Он обернулся и увидел первую магическую башню, лежащую в руинах, и на его лице появилось тяжелое выражение.

 

Через мгновение шесть десятков силуэтов уже стояли перед ним.

 

Это были последователи военного гения, ученика Красича.

 

«Господин, что будем делать?» — спросил первый ученик.

 

«Сражаться!» — Крис Саттон ответил одним словом.

 

В его руке появилось золотое копье, он отвязал стоявшего неподалеку ездового волка и потрепал его холку.

 

«Отправьте людей защитить мать Лу Фея, если можно, конвоируйте ее в Шамбор.» — вспомнил Саттон.

 

«Не стоит.» — раздался спокойный голос вышедшей из рощи женщины, жены прежнего героя империи [Меча].