"Что?"
«На него воздействует Цзяовэй?»
«Кто же этот молодой человек?»
Одно предложение Цзян Рана потрясло толпу, оставив всех в полном недоумении.
Даже те, кто всё ещё лежал на земле, не в силах подняться, спешили перешептываться между собой, словно боясь отстать от последних новостей.
Однако Руан Юцин резко повернула голову, чтобы посмотреть на Цзян Рана.
"Что… что за чушь ты несёшь?"
Цзян Ран взглянула на неё и вздохнула.
«Я понимаю, почему мисс Руан хочет сохранить это в секрете, но в этом нет никакой необходимости».
«Тем более нет причин позволять другим умирать за это».
"Ты!"
Руан Юцин был в ярости. «Ты хоть представляешь, что натворил? Ты напрашиваешься на беду, сам напрашиваешься на неприятности!»
"Ну и что?"
Цзян Ран улыбнулся.
«С того момента, как я взял в руки эту цитру, все проблемы стали моими. Я никогда не позволял другим страдать за меня».
«Вы совершенно неразумны!»
Жуань Юцин была вне себя от гнева и отчаяния.
Увидев это, Цзян Ран просто снова улыбнулся. Он не стал продолжать спорить с ней, а вместо этого перевел взгляд на У Чжуна вдали.
«Почему так тихо?»
"Не хотите ли прийти и взять это?"
"…"
Спустя столько времени У Чжун так и не оправился.
Он ожидал услышать из уст Цзян Рана имя, название места или даже название какой-нибудь организации, банды или секты…
Но он и представить себе не мог, что цитра Цзяовэй окажется у человека, стоявшего перед ним.
Однако этот человек только что избил его, как дохлую собаку, своим ударом.
Даже зная, что Цзяовэй находится у него на руках, что он мог сделать в этот самый момент?
Возьми?
«У меня может быть жизнь, чтобы отнять её, но у меня не будет жизни, чтобы ею воспользоваться!»
При этой мысли У Чжун скривился в улыбке.
«Отлично. „В каждом поколении появляются новые таланты, и каждое из них прокладывает путь на протяжении многих столетий!“»
«То, что Ваше Превосходительство обладает таким воинским мастерством и храбростью в столь юном возрасте… поистине позорит этого старика».
«Интересно, осмелитесь ли вы указать своё имя?»
"Почему бы мне не рискнуть?"
Цзян Ран слабо улыбнулась.
«Я не скрываю своего имени. Я Цзян Ран, ассасин».
«Цзян Ран!?»
«Так это Цзян Ран!»
«Тот самый Цзян Ран, который ошеломил всех на Героическом собрании в Цанчжоу и сразил Ли Фэйюня!»
«Он действительно молод, и его навыки боевых искусств невероятны».
«Его навыки кажутся даже более впечатляющими, чем говорят слухи. Неудивительно, что Ли Фэйюнь не смог ему противостоять».
Ученики «Банды трёх рек» снова разгорелись в дискуссии.
Но Чан Шэн, сидевший на стене, был ошеломлен.
Внезапно он понял, что отравление, совершенное Цзян Раном, стало для него не таким уж сложным делом.
Дело не в том, что он действительно считал, что в рассказе Учителя о Цанчжоуском героическом собрании есть что-то неправильное.
И он не был полностью убежден в мастерстве Цзян Рана.
Настоящая причина, по которой он сказал всё это в Башне Золотого Кубка, заключалась лишь в желании затеять драку, надеясь, что после обмена ударами он и Фан Ли смогут подружиться.
Кто бы мог подумать, что тот самый Цзян Ран, о котором все в таверне говорили каждый день, сидит прямо здесь, в этой самой таверне?
«Ему тоже нравится слушать истории о Цанчжоуском героическом собрании?»
На мгновение Чан Шэн растерялся, не зная, какое выражение лица могло бы передать его нынешние чувства.
Его не покидало чувство, что Цзян Ран позже сведет с ним счеты.
А вот глаза Фан Ли сияли.
Слухи о том, что он был щедрым, героическим человеком и любил заводить друзей, оказались правдой.
Он сам действительно любил заводить друзей, особенно среди героических личностей.
А совсем недавно наибольшей известностью пользовалась не кто иная, как Цзян Ран, которая так блестяще проявила себя на Героическом собрании в Цанчжоу.
Он никогда не думал, что ему действительно удастся с ним встретиться.
«Однако, если имя Дуань Фэн было вымышленным, то Сяо Чжу и Муронг Сюй тоже должны быть вымышленными».
Он подсознательно взглянул на Ли Тяньсиня и Ло Цинъи. Немного поразмыслив, он остановил свой взгляд на Ли Тяньсине.
«Вы Ли Тяньсинь?»
"…Да."
«Значит, вы Ло Цинъи! Я слышал, вы сын бывшего главы администрации префектуры Цанчжоу и что вы годами терпели унижения, чтобы отомстить за убийство своего отца!»
Фан Ли был похож на восторженного фаната, только что встретившего своего кумира, и нетерпеливо задавал вопросы.
Однако Ло Цинъи проигнорировал его, не отрывая взгляда от происходящего во дворе.
Объявление имени Цзян Ран вызвало большой ажиотаж.
У Чжун тоже на мгновение опешился, а затем разразился смехом.
«Превосходно, превосходно! Молодой герой Цзян, ты действительно оправдываешь свою репутацию».
«Я никогда не забуду урок, который ты мне сегодня преподал. Наши пути еще пересекутся. До встречи!»
Стихнув, он наконец-то использовал накопленные силы. Резким движением тела он был готов отпрыгнуть.
Как раз когда он собирался перелезть через стену, он поднял глаза и увидел вспышку золотого света, нисходящего сверху.
В спешке он бросился блокировать удар.
Но неожиданно удар выглядел простым, но противоречил всякой логике. Он ясно видел траекторию лезвия, но результат оказался совершенно непредсказуемым.
К тому моменту, когда он понял, что происходит, и попытался увернуться, было уже слишком поздно.
Лезвие отрубило ему половину руки острым УДАРОМ!
Он упал с высоты и с грохотом рухнул на землю.
Цзян Ран, держа саблю в одной руке, спрыгнул со стены. Он небрежно взмахнул Расколотой Золотой Саблей.
«Я же разрешил вам уйти?»
"Ты…"
У Чжун попытался нанести ответный удар, но прежде чем он успел что-либо предпринять, на его теле появилась кровавая рана.
Его пронзила мучительная боль, и он пошатнулся назад.
«Приходите и уходите, когда вам вздумается. А за кого вы принимаете эту банду «Три реки»?»
Цзян Ран, говоря это, напал на всех.
У Чжуна снова и снова отбрасывало назад ударами мечей, его тело было покрыто кровью.
Фан Инуо, тем временем, неоднократно кивал, считая, что слова Цзян Рана весьма разумны.
Однако У Чжун пришёл в ярость.
«Вы зашли слишком далеко!»
Не обращая внимания на свои травмы, он направил свою внутреннюю силу в оставшуюся руку и приготовился снова атаковать.
Но его зрение затуманилось, и ему показалось, будто он увидел мимолетный след лезвия.
Лезвие вырезало, казалось бы, ничем не примечательную дугу, но оно ощущалось невероятно реальным. Словно в нем таилось бесконечное множество возможностей — единственный удар, который невозможно заблокировать, независимо от навыков или методов.
