Глава 469-реверсирование Черного и белого

Глава 469-реверсирование Черного и белого

Хотя улыбка Янь Чжунхуа без слов оставила уважаемому Лань Юэ бесчисленные возможности для воображения, после того, как он говорил так легко, уважаемый Лань Юэ, естественно, должен был задать еще один вопрос: “тела в дверях двора выглядели так, как будто их разорвали на части крюком Лорда Чуйби, они дрались в течение дня?”

“Они не только подрались, но и избили его до полусмерти. Если бы не моя поспешность, он был бы избит до полусмерти.»Янь Чжунхуа, перед таким количеством людей, не дал вам мин никакого лица. — Но он отомстил на месте.”

— Каким образом?”

“Инь Синхань мертв, — ответил Янь Чжунхуа.

Он вел себя так, словно говорил о чем-то обычном и не испытывал никаких эмоциональных колебаний. Линь Сюаньчжи и остальные фактически одновременно изменили выражение своих лиц. Большинство из них были потрясены и удивлены, а некоторые даже чувствовали себя несколько запутанными.

Фэн Цзинью почувствовал себя очень недоверчиво.- Вы, ребята, действительно посмели убить его? Он-правая рука Ян Цзычжана. Когда бьют собаку, надо сначала посмотреть, кто ее хозяин. Если ты убил его, у Ян Цзычжана будет еще больше причин подавлять тебя и иметь с тобой дело.”

Янь Чжунхуа заметил: «Вы с Инь Синхан действительно думали об одном и том же.”

— Черт бы тебя побрал, неужели ты так отвратителен? По крайней мере, я беспокоился о тебе!”

Янь Чжунхуа усмехнулся: «он.”

Фэн Цзинъюй,“…..”

Уважаемый Лань Юэ не мог не нахмуриться и сказал: “монарх Западного Феникса прав. Ваше Величество Король, вам всегда придется возвращаться в девять земель, в то время как ваше положение будет еще более опасным.”

Ян Цзычжан уже давно был недоволен Ян Чжунхуа, опасаясь, что он когда-то был первым наследником, поэтому он потенциально мог испытать перемену судьбы и вернуться. Янь Чжунхуа был глубоко укоренен в небесной столице пурпурного императора. Хотя его влияние теперь было подрезано и подрезано, он все еще был высотой в девять этажей, окруженный бесчисленными людьми. Кроме того, его уровень развития был довольно высок, и он был первым ранговым человеком своего поколения в семье Янь, так что он был еще более сомнительным.

Ян Чжунхуа избегал мира в течение многих лет с намерением избежать подозрений. Он был спокоен с Ян Цзычжаном. Но когда он вышел из затворничества, никто не знал, какие безумные вещи сделает Ян Цзычжан, который давно хотел уничтожить его у своих корней. Не говоря уже о том, что он эффектно убил Инь Синханя, как только тот покинул уединение, что, вероятно, свело бы Ян Цзычжана с ума.

Янь Чжунхуа взглянул на уважаемого Лань Юэ и сказал: “я его не убивал.”

Уважаемый Лань Юй ответил: «без вашего согласия вы, мин, никогда бы не смогли убить его.”

Янь Чжунхуа сказал: «он хотел убить. Если бы я ему не позволила, он бы рассердился на меня.”

Уважаемый Лань Юй почувствовал некоторое раздражение. — Его темперамент вызван тем, что его так балуют. Кто знает, скольких людей он обидит в будущем?”

Янь Чжунхуа слабо улыбнулся и выдал чувство высокомерия, когда он ответил: “как будто я не вытирал его задницу много раз раньше?”

“…….- Уважаемый Лань Юй вопросительно посмотрел на Янь Чжунхуа и спросил: — отныне вы будете нести ответственность за все смерти, которые он причинит?”

Насколько кровожадным это можно считать?

Однако, в конце концов, он все еще был младшим боевым братом под началом того же мастера. В конце концов, он хотел снова подтвердить из беспокойства “ » ты же не отпустишь меня на полпути и не будешь больше заботиться о нем, верно?”

В конце концов, прошлые действия Янь Чжунхуа все еще были яркими и служили предупреждением.

Янь Чжунхуа посмотрел на лань Юэ с улыбкой, которая не походила на улыбку. “Это то, что сказал тебе твой младший боевой брат? Что я брошу его, соблазнив, и разделю с ним его богатство и богатство, но не разделю его бед и несчастий?”

Лицо уважаемого Лань Юэ было честным. “Как такое возможно? Минмин никогда ни при ком не говорил о тебе плохо.”

Янь Чжунхуа так хорошо понимал тебя мин, так как же он мог поверить словам уважаемого Лань Юэ? Он усмехнулся: «Вы могли бы также ясно спросить его, имеет ли он нечистую совесть, взяв моего сына и сбежав с прелюбодеем, когда я стал беспечным и не наблюдал, или я, Янь Чжунхуа, был несправедлив к нему. В конце концов, навыки ты мин по обращению черного и белого все еще были столь же совершенны, как и раньше.”

Уважаемый Лань Юэ,“…..”

— ДА ПОШЕЛ ТЫ!- Внезапно взорвался фэн Цзинъюй, — Кто, черт возьми, прелюбодей? Так вот почему ты просто смотрел, как этот король умирает, ничего не делая. Только из-за гнилого нрава ты Мина вкупе с этим мозгом, затопленным водой, этот король будет слеп, чтобы влюбиться в него!”

“Разве ты не бросил жену и Сына и даже не послал кого-нибудь за ними?»Уважаемый Лань Юэ был шокирован.

— Ты только послушай его дерьмо!- Голос Янь Чжунхуа звучал так, словно он выдавил это сквозь стиснутые зубы. Кроме тебя, мин, не было другого человека, который мог бы так разозлить его.

Уважаемый Лань Юэ замер.

Фэн Цзинью тоже был ошеломлен. — Несколько лет назад ты, мин, отправился в небесную столицу пурпурного императора, чтобы найти себя. Почему вы отказались встретиться с ним? И в те годы, когда он был в бегах, вы не только не нашли его, но даже назначили награду за его глупую голову.”

Янь Чжунхуа вновь обрел самообладание, но его глаза были немного холодными. “Он сделал что-то не так, разве он не должен быть наказан? Он слишком самоуверен, беззаконен и произволен, и никогда не изменится, не испытав некоторого страдания.”

Настроение уважаемого Лань Юэ было очень сложным. Он хотел немедленно вытащить тебя мин из теплой постели, чтобы тщательно исследовать. Если это было в соответствии с тем, что сказал Янь Чжунхуа, то вся так называемая “правда”, которую он и Фэн Цзинью знали, была направлена и действовала только ты мин, чтобы изменить черное и белое, чтобы уклониться от ответственности и завоевать симпатию! И по правде говоря, хотя его отношения с Янь Чжунхуа были абсолютно хуже, чем его отношения с вами мин, доверие к Янь Чжунхуа было явно в несколько раз выше, чем к Вам мин.

Некоторое время атмосфера была немного неловкой.

Первоначально, встречаясь с Янь Чжунхуа, уважаемый Лань Юэ всегда стоял на высоком моральном уровне и критиковал Янь Чжунхуа как “ближайшего старшего боевого брата запуганного младшего боевого брата”. Однако в этот момент он вдруг почувствовал, что не может поднять голову перед Янь Чжунхуа. Этот Ты Мин был хорош в том, чтобы обманывать людей.

Фэн Цзинъюй коснулся своего носа, и его глаза поплыли и огляделись вокруг.

Янь Чжунхуа тихо хмыкнул в своем сердце. Глядя на этих двух людей, которые помогли вам совершить злое похищение его сына, естественно, у него не было бы никакого хорошего выражения лица, чтобы поприветствовать их. Однако, когда глаза Янь Чжунхуа упали на Янь Тяньхэня, они, очевидно, были намного мягче.

“Ты выросла, — сказал Янь Чжунхуа.

Янь Тяньхэнь потер нос и на мгновение занервничал. — Это’s….it-это не значит, что я могу стать моложе. Это противоречит законам этого мира.”

Линь Сюаньчжи,“…..”

Янь Тяньхэнь,“…..”

О чем, черт возьми, я говорю?

Янь Чжунхуа не мог удержаться от смеха. Сегодня он улыбнулся не один раз, но это был единственный раз, когда улыбка выглядела чистой и не имела никакого смысла. Янь Чжунхуа снова повернулся к Линь Сюаньчжи и посмотрел на него. Он сказал: «сын Сюань Ушэ и лорда Гуанлина действительно дракон и Феникс среди людей, великолепно несравнимый.”

— Ваше Королевское Высочество Король йе, я польщен.- По сравнению с Янь Тяньхэнем Линь Сюаньчжи был гораздо спокойнее, хотя это, вероятно, был его будущий тесть.

Янь Чжунхуа сказал: «Ваш отец и я также считаемся близкими друзьями. Можешь звать меня просто дядя.”

Линь Сюаньчжи не стал упрямиться и изменил форму обращения: “дядя Ян.”

Глаза Янь Чжунхуа слегка потеплели, и он сказал: “Поскольку это наша первая встреча, я подарю тебе подарок на первую встречу.”

Рука Янь Чжунхуа перевернулась, и синий треножник с тремя ногами появился в воздухе и упал в руки Линь Сюаньчжи.

Линь Сюаньчжи пристально посмотрел на него, глубоко вздохнул и сказал: “Небесный грозовой Треножник.”

Они говорили, что инь Синьхань и раньше была счастлива, но теперь казалось, что их удача была намного лучше, чем у Инь Синьхань, так что это можно было назвать Божественной помощью. Этот небесный Громовой Треножник ходил по кругу, и им не нужно было тратить никаких усилий, чтобы взять его в руки.

Фэн Цзинъюй не мог удержаться от цыканья. — Царь Йе, ты действительно скуп, одалживая цветы, чтобы предложить их Будде. Эта штука вообще твоя? И все же ты просто принес его в подарок?”

Янь Чжунхуа взглянул на Фэн Цзинью. “Я не знаю, какое мощное магическое оружие монарх Западного Феникса подарил своему младшему при их первой встрече?”

Фэн Цзинъюй мгновенно покорно заткнулся“» ….”

Сцена его первоначальной встречи с Линь Сюаньчжи и Янь Тяньхэнем-давайте не будем об этом упоминать, просто забудьте об этом!

Действительно, Янь Чжунхуа приносил воду, когда они хотели пить, и подушки, когда они устали. Он никогда не притворялся. Для Линь Сюаньчжи Треножник Небесного Грома был гораздо важнее любого другого магического оружия.

“Спасибо, дядя, — Линь Сюаньчжи поблагодарил его не надменно и не смиренно и спросил: — интересно, слышал ли дядя какие-нибудь новости о моем отце?”

“Твой отец сейчас в миражах лотосового моря в восточных землях вместе с твоим отцом. Здесь не о чем беспокоиться.”

— Тогда я чувствую облегчение.”

Янь Чжунхуа сказал: «уже поздно. Вы все должны сначала отдохнуть. Он не подходит для того, чтобы оставаться здесь надолго. Завтра мы отправляемся на Восточный континент.”

Янь Тяньхэнь взял Линь Сюаньчжи за руку и пошел отдохнуть.

“А Хен, ты останься, — сказал Янь Чжунхуа.

Янь Тяньхэнь,“…..”

Отец и сын встретились, не было никакой взаимной враждебности, как Ян Тяньхэнь себе представлял, просто некоторая отчужденность и странность.

“Полагаю, мне не нужно слишком часто представляться.»Ян Чжунхуа сказал:» Тебе нужно только знать, что я твой отец.”

Янь Тяньхэнь, “……”

Он просто ушел на несколько дней, а когда вернулся, отец появился из ниоткуда. Это чувство было немного странным. Янь Тяньхэнь не мог описать его, поэтому он воспринял это так, как будто не слышал и не понимал.

По какой-то причине, когда он был перед Ян Чжунхуа, он всегда чувствовал, что находится под большим давлением, поэтому он сгустил свою кожу, чтобы сказать: “это, я слышал, что вы лично сделали печать на моем теле. Я тут подумал, Может ты поможешь мне его сломать?”

Янь Чжунхуа сказал: «Наратуально это возможно нарушить, но сначала вам придется вернуться в девять земель, иначе что-то пойдет не так.”

Янь Тяньхэнь вытащил кулон, спрятанный в его груди, сказав: “На самом деле, я уже сломал половину печати. Помимо того, что я не могу контролировать демоническую Ци своего тела и обнаружен многими людьми, я не знаю, есть ли какие-либо другие побочные эффекты.”

Лицо Янь Чжунхуа потемнело. “Это линь Сюаньчжи?- Спросил Янь Чжунхуа.

Янь Тяньхэнь кивнул головой, думая, что это было странно неловко, но он боялся, что такого рода вещи не могут быть скрыты. Янь Тяньхэнь продолжал кивать головой. Ян Чжунхуа долго молчал.

Настроение Янь Тяньхэня медленно становилось все более и более нервным, и его руки скрещивались по кругу, глядя немигающим взглядом на Янь Чжунхуа, из страха, что он может разозлиться или разъяриться или что-то еще.

Однако через какое-то время Янь Чжунхуа все еще пребывал в стабильном настроении. Он посмотрел на кулон в руках Янь Тяньхэня и сказал: “в те дни твой отец использовал эту вещь, чтобы скрыть демоническую Ци на нем. С тех пор как он встретил меня, он не снимал его ни на день.”

Янь Тяньхэнь на мгновение замолчала, жадно глядя на него и ничего не говоря.

“Мы с ним были из одного поколения. В девяти землях талантливые юноши одного поколения и молодые представители больших влиятельных семей покинут семью в определенном возрасте и вступят в секты небесного уровня, чтобы испытать все трудности и опасности. Во-первых, влиятельные семьи, особенно Божественные кланы, никогда не допустят появления в своих семьях бесполезных людей. То время было хорошей возможностью расширить связи и убить врагов.- Голос Янь Чжунхуа был спокоен и мягок, принося ощущение душевного покоя. “Я встретил его на Первом Звероловческом пиру.”

Если вы обнаружите какие-либо ошибки ( неработающие ссылки, нестандартный контент и т. д.. ), Пожалуйста, дайте нам знать , чтобы мы могли исправить это как можно скорее.